Брест мифический

[Vik]

Уважаемый Вадим Деружинский, хотелось выразить свое мнение как историка и жителя г. Бреста по поводу статьи "Неизвестный Брест" в последнем номере газеты. Меня всегда поражали все материалы газеты, касающиеся моего города. Начало было положено в давнишней статье про оборону крепости за подписью Артема Деникина, в которой я впервые узнал, что пограничники крепость не защищали и их вообще здесь накануне войны не было (об этом я скоромно промолчу и посоветую приехать в Брест с целью посещения Музея обороны Брестской крепости, где их вам назовут поименно).

Нынешняя статья - продолжение. Согласен с вами, что Брест подвергся некоторой мифологизации и в большинством положений статей согласен, кроме следующий моментов:

1. С утверждением, что Брест стал приграничным городом только в 1939 году, но не в царской России. Как же? Если отбросить проблему статуса Королевства Польского, оказавшегося под протекцией России с 1815 года, то что же делать тогда с периодом 1795-1815 гг.? Посмотрите карты российских губерний.

2. С утверждением о функции крепости в качестве "оплота полицейских сили контроля над нами как колонией". Меня чуть инфаркт не хватил в мои юные годы. И дело было вовсе не в восстании 1830-1831 гг. Первый камень крепости был заложен в 1836 году, а в 1830-м был только утвержден проект строительства крепости императором Николаем I. К тому же Брест-Литовск фигурировал в планах обеспечения пограничных районов империи креопстями с 1796 года (см. инструкцию К. Оппермана "Обеспечение новой границы с Пруссией и Австрией" с предложением о строительстве 9-ти крепостей). И строились они для военных целей (к моменту строительства крепости были планы создание 3-х линий крепостей), о чем свидетельствуют соответствующие фортификационные укрепления, которые были через чур мощными на то время для того, чтобы воевать с местной шляхтой.

[Vadim Deruzhinsky]

Вы пишите:

«1. С утверждением, что Брест стал приграничным городом только в 1939 году, но не в царской России. Как же? Если отбросить проблему статуса Королевства Польского, оказавшегося под протекцией России с 1815 года, то что же делать тогда с периодом 1795-1815 гг.? Посмотрите карты российских губерний».

Замечательно, покажите: с кем в 1815 году тут была граница России. С Пруссией? С Австро-Венгрией? Что касается Польского Королевства, то напоминаю, что оно тогда входило в состав России.

Если вы тут находите некую «границу», то ее вы в таком случае находите внутри России. Мало того, между субъектами Российской империи ВКЛ и Польским королевством граница пролегала не в Бресте, а в Дарагичине, что западнее.

Доказательство – «Атлас» издания БГУ 2005 года. На стр. 25 и 26 даны наши территориальные разграничения с Польшей уже в составе России, там граница не в Бресте, а гораздо западнее его, в Дарагичине. Брест минимум в 70 км от границы с Польским королевством. Эта граница сохранялась вплоть до оккупации БНР: то есть до 23 декабря 1918 года, когда вместо БНР решение ВЦИК объявило тут на всей территории ликвидированной Беларуси территорию РСФСР. И тогда РСФСР стала с Польшей граничить – опять-таки – не в Бресте, а западнее в Дарагичине.

Так что тут теперь речь шла вовсе не о «белорусско-польской границе», а о «российско-польской», где Брест точно так вовсе не был пограничным. Он только тем отличался, что там была ведущая ж/д колея и потому таможня. Но сама граница в Бресте не проходила до 1939 года. Объясняем еще раз: всю свою историю западнее Бреста всегда находилась наша Дарагическая область, которая в 1939 году впервые территориально из белорусской земли – попала отнюдь не в Польшу, а в фашистскую Германию при разделе Польши, и с тех пор в Польше осталась (а официально ее польская принадлежность закреплена с 1945 года).

Пишите:

«2. С утверждением о функции крепости в качестве "оплота полицейских сили контроля над нами как колонией". Меня чуть инфаркт не хватил в мои юные годы. И дело было вовсе не в восстании 1830-1831 гг. Первый камень крепости был заложен в 1836 году, а в 1830-м был только утвержден проект строительства крепости императором Николаем I.»

Так и в чем полемика? Мы это и написали.

Вы находите: «К тому же Брест-Литовск фигурировал в планах обеспечения пограничных районов империи креопстями с 1796 года».

Дорогой коллега, а ведь мы в статье указывали: не следует путать Брестский Замок (построенный невесть когда, да к тому же на деньги сейма Варшавы) с Брестской крепостью, а вы тут напутали эти два разных сооружения. Объясняю: в 1796 году планы России учитывали как укрепление вовсе не Брестскую крепость (которой тогда даже в замысле не было), а именно Брестский Замок.

Надеюсь, что ответил на все ваши вопросы и прояснил все, что вы пока о своем Бресте не знали.

А инфаркт – это плохо, и его следует опасаться. Я сам с подозрением на инфаркт лежал недавно в больнице. И смею вас заверить, что его не вызывает ознакомление с историческими фактами, противоречащими представлениям. Иначе все историки поумирали бы от инфарктов. Чего мы, к счастью, в нашей жизни не наблюдаем.

Что касается пограничников – да, было дело: совершенно нелепо ошиблись – и извинились, несколько раз ездили на встречи в Комитет Пограничных войск РБ по их просьбе, где решали этот вопрос на самом высоком уровне. Но там к нам отнеслись с полным пониманием и искренней симпатией к нам. Нашей газете 10 лет – и за это время чего только не было. Журналисты тоже имеют право на ошибку, как и другие люди.

Что касается меня, то я как раз в этой статье нахожу совсем иное и куда как более существенное и важное для Бреста и всей Беларуси: что этнически, религиозно и культурно Брест должен принадлежать не Беларуси, а Волыни и Украине. Вы в этом вопросе не нашли «предмета для обсуждения», хотя все остальное в статье о Бресте – мне кажется абсолютно второстепенным. Включая ваших пограничников и прочее советское из мифов СССР: оно «пришло» и «ушло», а вот принадлежность Бреста Волыни – нечто куда как стойкое и влияющее на будущее – уже не СССР, а Беларуси.

Кстати, мы, если не ошибаюсь, ваши статьи публиковали в нашей газете…

[ковалев]

Вадим, спасибо за замечательную статью. Узнал много нового, многое стало понятно. Приятно, что Вы, не обделили вниманием наш город. Вообще , номер газеты неплохой получился.

[Wertyozer]

Что касается меня, то я как раз в этой статье нахожу совсем иное и куда как более существенное и важное для Бреста и всей Беларуси: что этнически, религиозно и культурно Брест должен принадлежать не Беларуси, а Волыни и Украине. Вы в этом вопросе не нашли «предмета для обсуждения», хотя все остальное в статье о Бресте – мне кажется абсолютно второстепенным. Включая ваших пограничников и прочее советское из мифов СССР: оно «пришло» и «ушло», а вот принадлежность Бреста Волыни – нечто куда как стойкое и влияющее на будущее – уже не СССР, а Беларуси.

То есть бресчане те же украинцы(русины) Волыни, она западная или восточная часть Украины(Руси)?

Миф 4. Брест - жертва агрессии
...
Во-вторых, что вообще мы понимаем под фразой "город стал жертвой агрессии"? Если разорение и гибель горожан, со мамым ЧЕРНЫМ днемм Бреста была вовсе не фашистская окупация, а российская. И произошла она во время войны Московии с ВКЛ-Беларусью 1654-1567 гг., в ходе которой погиб каждый второй белорус. Напомню, что 1659-1660-х гг. посланые московским царем Алексеем Михайловичем войска И. Хованского полностью уничтожили всех до одного жителей Бреста, а затем провели АКЦИЮ глумления над трупами горожан.
...

А не перебили ли всех украинцев(русинов) тогда, в смысле востановился этнический состав Бреста?

[mmmaks]

http://karta.brestobl.com/21bel/169.html

[Vik]

Вы пишите:
Замечательно, покажите: с кем в 1815 году тут была граница России. С Пруссией? С Австро-Венгрией? Что касается Польского Королевства, то напоминаю, что оно тогда входило в состав России.
Если вы тут находите некую «границу», то ее вы в таком случае находите внутри России. Мало того, между субъектами Российской империи ВКЛ и Польским королевством граница пролегала не в Бресте, а в Дарагичине, что западнее.

Размеется. граница была до 1815 года. Советую обратиться к истории Польши в промежуток 1795-1815 годов. Территории западнее Бреста за Бугом были разделены между Австрией и Пруссией. И за Брестом как раз должна проходить граница с Пруссией. После наполеоновских войн 1805-1807 годов было создано Герцогство Варшавское, которое послужило плацдармом для нападения на Россию французких войск. Именно на картах по этому периоду Брест обозначается именно как пограничный город. Советую посмотреть по этому карту-приложение к книге Бутурлина, посвященной войне 1812 года и изданной где-то в 1836-1837 годах. У меня как раз есть ее отсканированный вариант из Библиотеки Варшавского университета, могу в ближайшие дни выложить фрагмент. Именно там Брест и находится на границе Российской империи и Герцогства Варшавского. А Королевство Польское возникло только в 1815 году и находилось под протекцией России. Что касается периода после 1815 года, то тут я полностью с вами согласен.
Что же до Атласа БГУ, посмотрите, состояние на какой год той эпохи отражает имеемая вами в виду карта.

Дорогой коллега, а ведь мы в статье указывали: не следует путать Брестский Замок (построенный невесть когда, да к тому же на деньги сейма Варшавы) с Брестской крепостью, а вы тут напутали эти два разных сооружения. Объясняю: в 1796 году планы России учитывали как укрепление вовсе не Брестскую крепость (которой тогда даже в замысле не было), а именно Брестский Замок.

А Брестский замок я и вовсе не имел в виду. К моменту разделов Речи Посполитой он уже был в довольно плачевном состоянии, что просто не мог рассчитывать на какое-либо оборонное значение. В 1796 году уже создавались планы стоительства именно новой крепости в Брест-Литовске, что и было осуществлено только в 1830-х. И именно как одного из пунктов оборонительной линии на новой западной границе. Именно сбору сведений об удобных в стратегическом плане для этого местах и была посвящена поездка инженера Оппермана по западным губерниям империи вскоре после третьего раздела. И это был хоть и первый, но далеко не единственный проект. Идея строительства линии крепостей вдоль границы, в том числе и в Бресте, появлялась не раз. И только проект 1829 года, одобренный императором в 1830 г., был воплощен в жизнь. И здесь никогда не стояла в качестве главной цель контроля местного населения.
Для восполнения пробелов в этом вопросе могу порекомендовать исследования во вопросам фортификационного строительства на белорусских территориях нашего белорусскго историка Пивоварчика. Недавно вышла в свет его монография по этим вопросам. Названия точно не помню, могу уточнить, как случится быть в Бресте.

Надеюсь, что ответил на все ваши вопросы и прояснил все, что вы пока о своем Бресте не знали.

К сожалению, должен констатировать, что по данным вопросам многое не знаете вы, а не я. Не в обиду будет сказано, но только истины ради. Газету вашу я уважаю и являюсь постоянным ее читателем с 1998 года.

Что касается меня, то я как раз в этой статье нахожу совсем иное и куда как более существенное и важное для Бреста и всей Беларуси: что этнически, религиозно и культурно Брест должен принадлежать не Беларуси, а Волыни и Украине. Вы в этом вопросе не нашли «предмета для обсуждения», хотя все остальное в статье о Бресте – мне кажется абсолютно второстепенным.

По данным пунктам, я согласен с вами, хоть в средние века и выделялось так называемой "берестейское княжество", но это довольно аморфное понятие, и берестейские земли постоянно служили спорными территориями между галицко-волынскими и польскими князями. Для Бреста более характерна была близость к Волыни исторически, и не зря, наверное, во время фашистской оккупации Брест вошел в рейхскомиссариат "Украина". Но это абсолютно не значит, что ныне Беларусь должна вернуть город Украине. Во-первых, население уже сильно изменилось, трансформировалось и к Украине совсем не тяготеет. Во-вторых, исторические процессы гораздо более сложная штука, чтобы так наобум можно было восстанавливать "историческую справедливость". Аналогична ситуация с Белостоком, Вильнюсом и Смоленском.

Кстати, мы, если не ошибаюсь, ваши статьи публиковали в нашей газете…

Вы не ошибаетесь

[Vadim Deruzhinsky]

Wertyozer: «То есть бресчане те же украинцы(русины) Волыни, она западная или восточная часть Украины(Руси)?»

Этот вопрос как раз и был затронут в статье.

Wertyozer: «А не перебили ли всех украинцев(русинов) тогда, в смысле востановился этнический состав Бреста?»

Проукраинские священники и историки говорили всегда вовсе не о Бресте, а про часть земель Брестской губернии, исторически входивших в Волынь. То есть, местное этически украинское население ряда уездов. А вот городское население Бреста не видело себя, насколько говорят сведения, частью Волыни. И в войне 1654-67 гг. вело себя точно так, как все литвины ВКЛ-Беларуси. За что и было уничтожено Россией. Впрочем, в той войне равно врагом Москвы была и Волынь, хотя наиболее всего пострадали восточные земли ВКЛ (потери – около 70-80% населения).

[Wertyozer]

Vadim Deruzhinsky, благадарю за ответы. А кроме мифов о Бресте, можно будет узнать о каких-нибудь исторических загадках?

[Vik]

Генеральная карта театру войны 1812 года, составленная генерал-майором по квартирмейстерской части А. Хатовым из свиты его императорского величества:



Источник:
Богдановичъ М. Исторiя Отечественной войны 1812 года, по достовернымъ источни-камъ. Составлена по высочайшему повеленiю. В 3 т. Т. 1. – СПб., 1859. – 558 с. Т. 2. – СПб., 1859. – 654 с. Т. 3. – СПб., 1860. – 544 с.

[mmmaks]

и что ты там вик показал?

[Vik]

и что ты там вик показал?

Пограничное состояние Бреста на момент войны 1812 года.

[Сяржук з Барысава]

Спадар VIK, есць такая кніга Яковлев. Эволюція долговременной фортіфікаціі.. Там вы знейдзеце такія радкі :"В период 1810-1812 гг., кроме существовавших тогда крепостей Рига и Киев, решено было усилить западную границу постройкой между этими двумя пунктами новых крепостей - Бобруйска и Динабурга и вспомогательной Борисовской укрепленной позиции между ними, а перед самым открытием войны возник еще, по настоянию жившего в это время в России прусского стратега Пфуля, пользовавшегося полным доверием Александра I, Дрисский укрепленный лагерь.
К созданию крепости у Бобруйска приступлено было в 1810 г. по проекту и под руководством инженера Оппермана..."

Як бачым, у праекце Апермана Брэст не значыцца.

[Сяржук з Барысава]

Чытаем далей:"Главнейшее мероприятие при обороне страны при Николае I (с 1825 г.) состояло в реорганизации западной русской границы постройкой ряда новых крепостей, которые вместе со старыми, усиленными за это же время крепостями образовали три линии. В первой линии, на Висле, были построены крепости: Новогеоргиевск (преобразованный из Модлина), Варшавская Александровская цитадель и Ивангород; во второй линии был построен Брест-Литовск и в третьей - были усилены старые крепости - Киев, Бобруйск и Динабург. В этот же период родились также проекты укрепления Гродны и других пунктов. "

Бачым, што Берасцейская фартэцыя была часткай вялізнага праекта, а у якасцi паліцэйскага фарпоста на землях ВКЛ можна было выкарыстоуваць ня толькі яе.

[Vik]

Сяржук з Барысава, спасибо за цитату... только не понимаю, что она доказывает? И здесь говорится только об укреплении западной границы. При чем здесь полицейская функция? (разве что как побочная). Приведу ряд контраргументов:

1. Хорошо, если принять версию, что раз граница после 1815 года отодвинулась далеко на запад, то крепости строились для полицейского контроля над населением. Зачем тогда им такие мощные фортификационные укрепления по последнему слову фортификационного искусства: системы равелинов, бастионов, капониров и прочего, рассчитанного именно на сопротивление новым образцам орудий? С развитием в мире видов вооружения, развивалась и усовершенствовались крепости. Зачем строить позже два кольца фортов вокруг Брестской крепости, если нуждающееся в контроле население оказывалось фактически внутри нее? Зачем такие предостередения, если восстание 1830-31 годов показало, что восставшие по большей части вооружались охотничьими ружьями, косами, пиками и легко пасовали перед небольшими отрядами и полками русских войск? Постой в городе полка русских было вполне достаточным, чтобы отбить атаку или вообще отбить охоту нападать.

2. В каких документах есть хоть небольшие упоминания о подобном назначении крепостей?

3. Наличие крепости не препятствовало началу восстанию в уезде. Свидетельством этому - Динабургская крепость в Витебской губернии. Восстание в этом уезде все же началось и восставшие ушли только из-за оживленного курсирования войск из России в Вильню. Хотя Динабургская крепость и использовалась в качестве тюрьмы для временного содержания пленных повстанцев, однако, сомневаюсь, что это было ее основным назначением.

4. Как можно было контролировать местное население крепостями, если чиновники и военные были преимущественно из того местного населения? А приезжие сюда русские в то время быстро ассимилировались в местной среде.

[Vik]

Кстати, уважаемый Вадим Деружинский, есть в статье еще одна неточность, которая призвана была подкреплять ваши утверждения по поводу Бреста: «…а в одном из сюжетов на БТ некий принявший присягу офицер-пограничник рассказывал стране басню о том, что все его предки еще с царских времен служили пограничниками или таможенниками в Бресте, хотя в царское время тут не было ни границы, ни таможни». Это миф, причем с вашей стороны. Таможня в Бресте во времена Российской империи была и как раз во времена существования Царства Польского, находившегося под протекторатом России. Чтобы убедиться в этом, достаточно заглянуть в достаточно доступный источник – книгу «Память» по г. Бресту (часть 1, с. 127-131).

После разделов Речи Посполитой на западной границе Российской империи существовало две таможни: Дубасарская и Радзивиловская. После войны 1812 года созданное Королевство Польское, хоть и входило в состав империи, однако имело свои государственные границы с таможнями, ввозимые в Россию польские товары обкладывались пошлинами.

31 марта 1816 года Александр I подписал указ о создании двух новых таможенных округ – Ковенской и Брест-Литовской. Пунктами пропуска для товаров были определены Ковенская, Брест-Литовская, Радзивиловская и Дубасарская таможни. Границы Брестской таможенного округи простирались от р. Лососна до д. Приборово (в начале 1820-х гг. центр округи был перенесен в Гродно и она стала называться Гродненской). В 1838 году в Гродненской губернии было три таможни: Брестская, Гродненская и Приборовская. Брестская таможня была 2-го класса, а стоявшая напротив нее с польской стороны Тереспольская – 1-го класса. Только в 1850-х гг. в связи с упрощением отношений с Королевством Польским таможенные пошлины были отменены, а внутренняя таможенная границы ликвидирована. Вероятно, брестская таможня прекратила свое существование, она больше не упоминалась в документах той эпохи (но это допущение, а не факт).

По поводу пограничников… Существовала таможенная охрана. С 1827 года она была военизирована (разделялась на роты, состояла из конных объездчиков и пеших патрульных). С 1835 года стала называться пограничной охраной. В 1893 году пограничники выделились из таможенного ведомства и оформились в самостоятельную огранизацию.